Что праздновала Русь на Зелёные святки.
 
До современности дошли многие обряды, проводимые на Зелёные святки. И если вглядеться в них, то обряды Зелёных святок это не беспорядочный набор ритуальных действий. Все обряды выстроены в определённом порядке в действо, или говоря современно – в мистерию, которая разворачивается в это время. Это значит, что в праздновании Зелёных святок, Русалий, Ивана Купалы, есть глубокий смысл, каждый год повторявшийся по всей Руси. Что это за смысл?
Что в действительности праздновала Русь на Зелёные святки?
 
Попробуем разобраться исходя из самих обрядов, во множестве описанных этнографами.
Празднование Зеленых святок в самом их начале, как правило, было насыщено обрядами, связанными с земледелием и скотоводством. Например, одним из земледельческих обрядов, совершавшихся в это время, был обряд, который назывался «хождение в жито». Исполнялся он по-разному, но значение его было везде одним – повысить урожайность того, что посажено. Считалось, что девушки-невесты, как будущие матери, могли передать свою силу земле. При этом обращение было как к самим растениям – «Пусть рожь такая высокая уродится, как высоко ложка поднимется», «Рожь к овину, а трава к лесу», «Где хоровод ходит, там жито родит, а где не бывает, там жито вылегает» - так и к Земле-матушке, кормилице русского крестьянства – «Гори, залом, золой упади, а ты, Земля-матушка, урожай породи», «Земля родила, Земля наградила, Земля обогатила, Матерь Божья, сохрани. Аминь».
Из обрядов же связанных со скотом часто описывается такой. Пастух приносил хозяйке два венка, один из которых вешал на рога корове, а другой надевал на голову хозяйке, и совершал определенные магические действия. Венки затем хранили в хлеву и использовали для лечения животных.
Д. К. Зеленин в своей книге «Восточнославянская этнография», изданной в 1927 году, пишет: «В эту ночь (на Ивана Купалу - Д.С.) и роса обладает чудесной целебной силой; в ней купаются, чтобы сохранить здоровье и красоту, поят ею коров, чтобы они давали много молока».
Также в ночь на Троицу девицы и женщины опахивали деревню, создавая таким образом обережный круг для защиты от болезней и того, что может их принести.
Очевидно, что эти и все подобные обряды Зелёных святок были направлены на сохранение жизни и увеличение плодородия. То есть их смысл сводился к тому, чтобы в мире людей было обеспечено «гобино» - достаток и сытая жизнь.
 
Как правило, следом шли обряды, в которые вовлекались девицы и незамужние женщины. Они собирались кучками и отправлялись к полям, лугам собирать цветы и завивать венки. Иногда цветы собирали с разных полей, что относились к соседним деревням. Надеясь таким способом заманить к себе женихов из этих деревень. Девушки бросали в воду венки, гадая о замужестве, совершали различные магические действия (жгли борону, проводили борозду от своего дома до дома парня и др.), которые должны были приблизить сватовство.
Общие трапезы, пение песен, гулянье почти до самого утра были обрядами скрепления девичьего союза, в который включались все новые и новые вступавшие в брачный возраст девушки. Символом девичьего объединения был и обряд кумления, который проводили в Троицу или в Духов день. Девушки собирались вместе в лесу, подходили к завитому на дереве венку из ветвей самого дерева, на котором висел крестик или крашеное яйцо, целовались через него и обменивались подарками, становясь кумами. А после кумления устраивали пирушку, на которую приглашали парней. Отношения кумовства завершались обычно через неделю, в Петровское заговенье.
Смысл девических обрядов, я думаю, выражен в значении кумления – посестримство. Оно даёт то же общение и сближение между девушками, что и побратимство у парней, которое они обретают во время мужских обрядов и инициаций. И берёзка, ветки которой сплетали в венок и повязывали ленточки – становилась свидетелем сестримства. И если вспомнить что берёза связывается с душевной чистотой и светлыми помыслами, тогда сестримство при кумлении обретает смысл напоминания каждой девушке, душе-пташечке, о том мире, где души живут в такой же близости как сёстры.
Но зачем напоминать об этом? Следующие строчки из девичьей песни дают подсказку:
 
Кума с кумой покумимся,
Чтоб нам весь год не браниться.
Побранимся – грешны будем,
Кукушечке тошно станет.
 
Призывая берёзу или кукушку в свидетели, девушки, сёстры по обряду, таким образом закладывали некое основание для прощения того, что было между ними обидного, и того, что могло случиться в быту, в обычной жизни на протяжении года до следующего праздника.
 
Время Зелёных святок было связано и с появлением русалок. О том, кто такие русалки есть немало предположений и преданий. Часть из них говорит о том, что русалки – это души умерших незамужних девушек и детей. Русалку называли купалка, водяница, лоскотуха, мавка, навка. Например у писателя-этнографа 19 в. П. И. Мельникова-Печерского, рассказано о русалках так: «Всю семицку неделю, что слывет в народе «зелеными святками», шаловливые водяницы рыщут по полям, катаются по зеленой ржи, качаются на деревьях, залучая неосторожных путников, чтобы защекотать их до смерти и увлечь за собой в подводное царство дедушки Водяного. Всю ночь молодые парни и девушки резво и весело, с громким смехом, с радостными кликами бегают по полям, гоняя русалок, а на солнечном восходе все вместе купаются в водах, уже безопасных от ухищрений лукавых водяниц...»
Зеленин Д. К. пишет об обрядах связанных с русалками следующее:
«В число обрядов, связанных с русалками, входит также изгнание русалок как чего-то нечистого и вредоносного из деревни. В обрядовых народных песнях поётся о том, что русалок изгоняют из деревень в леса, чтобы они не причинили вреда человеку, посевам и скоту. Перед изгнанием русалок для них устраивают в лесу всевозможные увеселения: для того чтобы они могли качаться, что им очень нравиться, вешают на деревья особые венки, устраивают для них в лесу или у воды угощение, кумятся с ними около свитых вокруг деревьев венков и т.д.»
 
Эти и многие другие этнографические описания и свидетельства говорят о том, что русалки заглядывают во время Зелёных святок в мир людей. Но они показываются также и в другое время. Об этом тоже есть немало свидетельств. Но всё же время Зелёных святок для русалок особое. Поэтому люди соблюдали специальные запреты, во многом совпадающие с поминальными: избегали работ, связанных с прядением, тканьем, шитьем («щоб русалцы очей не зашить»), не выполняли никаких полевых и огородных работ («не ходят в огород копать и окучивать, бо там всюду буде русалка»), не подмазывали печь и стены избы («щоб русалкам очи не забрызгать глиною»), не ездили за дровами в лес и т.п. На ночь специально для русалки оставляли на столе ужин, на ближайших деревьях или ограде возле дома оставляли одежду.
Если бы русалки были такие вредные, как передают описания этнографов, то откуда столько заботы о русалках, о которой тоже упоминается и рассказывается в этнографических свидетельствах?
 
Считалось, что на Зелёные святки, когда происходит солнцеворот, граница между тонким миром и миром людей истончается и как Небо становится ближе к Земле, то есть к миру людей, так и Мир Духов. Это утоньшение границ несло как чудо, так и опасность. А значит, не случайны все бытовавшие на Руси запреты на определённые действия, чтобы не навредить тем, кто может заглянуть в мир людей или чтобы ненароком самому не оказаться в ином мире до срока. К русалкам было особое отношение потому, что они – хранители переходов между мирами и проводники душ. По этой причине их так часто видели в «этом» мире на летний солнцеворот, когда Миры сближались. И поэтому их скорее уважали и заботились о них, точно так же, как русалки заботились о душах в межмирье.
 
Благодаря истончению границы между мирами была возможность общения между жителями разных миров.
Всё время Зеленых святок было связано с пребыванием на земле душ предков: время цветения зерновых культур считалось наиболее благоприятным для контактов «этого» и «того» мира. В некоторых деревнях юго-западной России считали, что Бог выпускает души с того света, во время цветения жита – умершие появлялись на земле в Троицкую субботу, а покидали ее в Троицу или следующий за ней Духов день. В западнорусских губерниях считалось, что они прилетали в виде птиц и усаживались на ветвях берез, специально для этого принесенных к домам. Считали, что души предков разговаривают друг с другом и эти разговоры можно услышать в домах и на улице.
Были и обряды призванные облегчить сообщение между душами предков и живущих людей. Например, в ночь устраивали поминальный костёр на плоту и отпускали его с теми помыслами, которые хотели передать душам предков. Для этого же на небольших дощечках и щепочках по воде отправляли зажженные свечи. Действенность этих обрядов связывалась с тем, что любая река становилась на время святочных обрядов Забыть-рекою, которая течёт между мирами и связывает их. И передавая весточку невоплощённым душам, ждали с «того» берега определённого знака, как совета или ответа на свой вопрос, просьбу или приглашение воплотиться.
 
Именно задача воплощения душ, рождения их в земных телах была нитью связывавшей большую часть обрядов. Поэтому в обрядах Зеленых святок огромное место занимала тема любви, любовных игр. Во время Зеленых святок проводили обряды инициации, посвящения, которыми отмечались переход подростков в группу молодежи брачного возраста и совершеннолетие девушек и молодых людей.
Парни и девушки проводили вместе все свободное время. Совместные гулянья учащались ближе к Иванову дню, а игры приобретали открытое любовное значение. В праздничных нарядах они собирались обычно у реки, где, разведя огонь, устраивали хороводы. Парни и девушки вместе купались в реках и озерах, что в другое время считалось непозволительным, перепрыгивали, взявшись за руки, через купальский костер, огонь которого напоминал любовное горение. Прыгание через костёр было и обрядом очищения и одновременно защиты от всех зол, болезней, горя и, главным образом, худого глаза. При этом, судя по удачному или неловкому прыжку, старались предсказать грядущее счастье или беду, раннее или позднее супружество. Устраивали также трапезы, заканчивавшиеся совместной ночевкой, били друг друга крапивой, и это было «очень» доходчивым призывом к любовной игре, поиску для себя пары, пели песни и водили хороводы, играли в поцелуйные игры.
Проводились также игровые обряды, например такие, как игра «в свадьбу». Для игры «в свадьбу» назначали «жениха» и «невесту», а затем проигрывали все этапы свадьбы – от сватовства до брачной ночи – при общем веселье присутствовавших. Свадебная тема разыгрывалась и через парные мифологические персонажи, один из которых символизировал мужское начало, другой – женское: Семик и Семичиха, Кукушка и Кукун, Русалка и Русалим, Молодец и Молодица. Во многих случаях игра «в свадьбу», особенно если ее участниками были замужние женщины, превращалась в сильное разгулье, разжигаемое крепким словцом, пением частушек и песен, которые описывали телесную любовь. Плясали под такие песни с соответствующими жестами.
 
В день Ивана Купалы существовал и такой обряд, как обливание водой всякого встречного.
Для этого парни одевались в старую грязную одежду и отправлялись с ведрами и кувшинами на речку. Здесь они наполняли их грязной, мутной водой, а то и просто жидкой грязью, и ходили по деревне, обливая всех и каждого, при этом делалось исключение только для стариков и малолеток. Но охотнее всего обливали девушек. Для этого парни врывались даже в дома и вытаскивали и выносили девушек на улицу силой и здесь уже с ног до головы окачивали водой и грязью. В свою очередь и девушки старались «отомстить» парням и тоже бежали на реку за своей грязью. В результате начиналась общая свалка, полная веселья, криков и смеха.
 
Этот обряд интересен тем, что в нём показана суть и психологическое устройство очистительных обрядов на Ивана Купалу. Что нужно учесть сразу – на такие действия не обижались, и не осуждали – это был обряд, принятый в этот день всеми. И в этом уже есть условие для очищения – разрешены действия запретные или неуместные в другое время. Но важна не только дозволенность таких обрядовых действий. Ведь живя в одной деревне, люди, так или иначе, накапливали напряжение друг на друга, не важно, напряжение ли это от обид, или от любовного томления. А в игровых условиях обряда накопленное напряжение можно было сбросить. Поэтому, ляпая друг друга грязью, в игровом запале, игравшие были друг для друга возбудителями желания испачкать "посочнее", выпустив тем самым то, что сдерживалось какое-то время. Сам обряд разжигал охоту очищения. Грязь при этом была как знаком напряжения, так и тем веществом, что впитывало его. И когда в конце обряда приходило время и желание смыть эту грязь, то вместе с ней смывали и напряжение с души. Поэтому в этой игре работал принцип – чем сильнее замызгать другого грязью, тем будет сильнее его желание очистить как тело, так и душу.
Очищение – одна из основных задач всех обрядов Зелёных святок.
 
Этот краткий обзор обрядов Зелёных святок, наводит на следующие мысли.
Очищение тела и сознания не просто существовало на Руси, в виде случайных находок повторяемых как обычаи на праздниках. Все обряды имеют своё значение и назначение и встроены в единую непрерывную нить любого праздника, и особенно Святок. 
То, что на Зелёные святки так много уделено внимания именно девичьему и женскому участию, думаю не случайно и связано с тем, что женщина, и по культурному обычаю и по своему предназначению – хранительница и берегиня. И как хранительнице и как берегине ей требуется очищение от того, что накапливается на душе, чтобы убрав наносное обновить знание, понимание и видение того, что она призвана сохранять и что оберегать.
Мужчинам же для обновления себя необходимо было добыть то, что женщины возьмутся оберегать. Мужики и парни собирались и либо вытирали, либо высекали живой огонь – Крес. От него зажигались все купальские костры, и его разносили по избам, чтобы растопить в русских печах.
 
Это было видимое проявление Огня, который в Зелёные святки все должны были возжечь внутри себя. И чтобы его разжечь, чтобы обновление произошло, нужно было к этому готовиться – отдать долги Земле, кормилице, передать ей жизненную силу для плодородия. Позаботиться о здоровье скотины и о её плодородии тоже.
Затем очистить себя от грязи внешней и грязи внутренней – сдержанности и душевного напряжения.  А также вспомнить о родственности и близости душ, как живущих, так и невоплощённых.
И после всего этого в высшей точке празднования припомнить свою истинную природу – Огонь и Свет.
 
Таким образом, получается, что обновление, которое и праздновала Русь на Зелёные святки, приходит не столько за счёт внешнего и строго закреплённого в мифологии обряда действия. Сам обряд, обрядовые действия лишь создают условия, в которых каждый человек сам творит пространство, в котором его обновление должно произойти. Обряды нужны затем, чтобы очистив себя, каждый мог вывести наружу то, что внутри – охоту жить и любить, которая являет себя в ощущении внутреннего горения и света в очах.
Народ считал, что этот свет той же природы что и солнечный, потому что он, как и солнце, тоже даёт жизнь. Но светит он из иного мира, из того мира откуда приходят души. И я думаю, что обновление, которое совершалось каждый год на Зелёные святки в день летнего солнцестояния – это обновление, которое призвано повторить Мир душ на Земле, среди людей. Можно сказать и так, что обновление на Зелёные святки творит тот Рай, в который каждый стремиться превратить среду своего обитания.
 
Дмитрий Стрелов.
 
 
Литература:
Д.К. Зеленин «Восточнославянская этнография», 1927;
П. И. Мельников-Печерский «В лесах», 1874.
Е. А. Банников «Славянские праздники и обряды. Православный календарь», 2008.